Имя поэта Владимира Фёдорова хорошо знакомо поклонникам его дарования. Первые публикации стихов молодого поэта в далёкие 80-е годы были тепло поддержаны строгим и взыскательным Юрием Кузнецовым.
«Редкий дар: осязать поверхность недосягаемых вещей… Он обладает внутренним зрением, которому открыты уже не оттенки и виды, а видение», – отмечал мэтр, знакомя читателей с творчеством В. Фёдорова.
А в 1982 году у поэта в Якутске увидела свет первая книга стихов «Звёзды в снегу». За ней последовали другие – «Автограф души», «Красный ангел», «Формула любви», «Сезон зверя»…
Нет, Юрий Кузнецов не ошибся в оценке творчества младшего собрата по перу, которое крепло от стихотворения к стихотворению, становилось глубже философски и многограннее в душевных исканиях. Это доказало время и новая книга поэта «Небесные тетради», вышедшая в издательстве ИПО «У Никитских ворот», (Москва, 2016).
Очень трудно, живя в наше травматическое время, где абсолютно всё продаётся и покупается, попраны честь и достоинство, сохранить сердце чистым и исповедальным, особенно поэту. Владимиру Фёдорову в лучших своих стихах это удаётся. Лирическая доминанта его чётко заявлена в программном восьмистишии, открывающем книгу:
Заветные крылатые тетради
К закату набрались небесных сил.
Не славы ради, не корысти ради
Я столько лет с ладоней их кормил.
Я их в полёт тревожный отпускаю,
Застыв у синей бездны на краю.
И верю, что они, собравшись в стаю,
Под звёзды душу вознесут мою.
Читать стихи Владимира Фёдорова – это, значит, постигать, а в большей степени открывать вместе с автором бесконечные картины нашего хрупкого ковчега под именем Земля: неохватную оглядь Ленских берегов во всей красоте четырёх времён года, где пролетело детство поэта, вдыхать таёжные туманы русалочьих болот, которыми довелось пройти Фёдорову с геологами, переживать встречи и расставания с любимыми людьми, и многое другое, чему порой даже нет названия. Вот, например, как это стихотворение:
То ли в были это, то ли в небыли,
То ли в сказке было золотой, –
Мы с тобой вдвоём по небу бегали,
Не боясь пробить его пятой.
Мы катались с семицветной радуги,
Вставшей горкой между облаков,
И бросали голубые градины
В шляпы недовольных стариков.
Мы шутя перекликались с звёздами,
Звали их к себе, на звёздный лад,
И они с небес свисали гроздьями,
Словно переспевший виноград.
И в каких мирах мы только не были!..
Лишь одно я не пойму сейчас:
То ли в были это, то ли в небыли,
То ли в зеркалах влюблённых глаз?
Конечно же, очарованье юностью, а точнее воспоминание о ней, не застят в книге стихи о суровых сибирских трассах, первых русских землепроходцах, о Колыме… Названия этих стихов говорят сами за себя: «Возвращение вице-канцлера», «Монолог шофёра», «Колымская баллада», «Вакханка», «Пятый элемент»… По силе эмоционального воздействия, жгучей правдивости строф, эти стихи «о славе злой и горькой Колымы», можно смело поставить рядом с шаламовскими и жигулинскими произведениями. Ведь они – сама история нашей страны. Пусть страшная, тяжёлая, но мы её помнить должны, дабы подобное не повторилось.
Светлы и полны гордости за своих отцов-победителей стихи «Дети Победы», «Солдатские песни». Казалось бы, сколько минуло десятилетий со дня отгремевших победных салютов, сколько написано стихов и песен о войне – самой разрушительной в ХХ веке – но память о ней у россиян жива на генетическом уровне:
Звенят от забытого смеха
Воскресшие к жизни дворы:
Мы – дети военного эха,
Весёлой и гордой поры.
Я тоже отношусь к поколению «детей военного эха», и моему миропониманию близки, дороги и понятны эти крылатые строки поэта, как и стихи о суровой природе Сибири, где «от белых вьюг богини светлолики». Волнуют стихи поэта об охотничьих тропах и таёжной живности, размышления о трагических вехах нашего Отечества, любви и ненависти…
Острый взгляд Владимира Фёдорова чётко фиксирует не только невидимые движения человеческой души, но и изменения в обществе, в стране. Поэт пропускает всё интровертально через себя и только потом облекает в поэтические строки:
Катит дождь дырявую телегу
Над московской серой мостовой.
Как же я соскучился по снегу,
Как же истомился, Боже мой!
Я шагаю сумрачным пилотом
На неверный свет чужой свечи.
На Болотной чавкает болото,
Да кричат кикиморы в ночи.
В чёрном баке тощая жар-птица
Доедает чьи-то пироги.
Недовольным псом рычит столица,
Но кормильцам лижет сапоги.
Купола сникают в летаргии,
С серостью и пошлостью смирясь…
Нету снега – вот и нет России!
Всю втоптали, бедолагу, в грязь.
Завершается книга циклом стихов «Африканская тетрадь». Её составили стихи Владимира Фёдорова о своём путешествие на «чёрный» континент. Стихи необычные, не «туристические», в них много поэтических находок, солнечных улыбок, метких наблюдений, взрывных ассоциаций… Вот лишь некоторые названия: «Стихи на фоне пирамид», «Фараон», «Абиссиния», «Танец массаев», «Драконовы горы»… В «Африканской сюите» есть такие строки:
Прожигая переливы аметистового фронта,
Над саванной расцветает незнакомая звезда,
И апострофы жирафов над строкою горизонта
Отмечают ударенья, чтоб запомнил навсегда.
Только прочитав стихи до конца, можно понять, что автор прав, ибо многое, написанное им, действительно запоминается, навсегда.
В конце заметок хотелось бы сказать и о творческой манере Владимира Фёдорова. Известный русский философ Розанов делил слова на «рождённые» и «знаемые». Читая стихи поэта, чувствуется, что он предпочитает, как всякий мастер, работать со словами «рождёнными»: многие его произведения отмечены высокой культурой стиха, отчётливостью и ясностью слога, свежей образностью и музыкальностью.
Добрые слова о творчестве своего коллеги в разные годы говорили такие непохожие и прекрасные поэты, как Валентин Сорокин, Владимир Бояринов, Валентин Устинов и многие другие. Веским тому доказательством может стать и новая книга стихов Владимира Фёдорова «Небесные тетради».
СПРАВКА: Красильников Николай Николаевич (19 декабря 1948 – 8 сентября 2017). Поэт, прозаик, эссеист, переводчик, критик.
Родился в Ташкенте. Часть детства и отрочества провёл в волжском городке Кинешме. С юности работал на заводе, затем служил в армии — в группе Советских войск в ГДР. Закончил педагогический институт как преподаватель русского языка и литературы. Работал в издательствах. Был главным редактором журналов «Звезда Востока» (Ташкент), «Охотник» (Москва).
Автор более 60 книг стихов, рассказов, повестей для детей и взрослых, общий тираж которых составляет более четырёх миллионов экземпляров. Самые известные — «Хвостатая азбука», «Чего не увидел Мюнхгаузен», «Сел на берёзу тетерев», «500 загадок», «Волшебная верёвочка», «Охотничья избушка», «Перо синей птицы», «Олений родник», «Здравствуй, Колумб!», «Тропой полосатого зверя», «Тайна охотничьего домика», «Аистиный снег», «Потерянный рай». Он писал о классиках и современниках М.Булгакове, С.Айни, Г.Гуляме, Ч.Айтматове, Н.Рубцове, А.Передрееве и многих других.