Пункт меню: Мир музыки
Начав пристальнее вглядываться в мир глазами писателя, я вдруг понял, что шаманизм, оказывается, окружал меня с самого рождения, я просто жил среди него и в нём, но не обращал на это внимания. А появился на свет я в далёкой и студёной Якутии, в маленьком рыбацком селе Тас-Тумус (Каменный Мыс), в нижнем течении реки Лены, которую за её изначалие и величие местный жители уважительно называют Бабушкой. Справа и слева от села в Лену впадало сразу два больших притока – Вилюй и Лунгха, и между ними высился каменный мыс, давший название моей малой родине. Хоть люди и жили издавна в столь знаковом месте, село наше только-только доросло до собственного сельсовета. Поэтому я оказался первым новорождённым, официально зарегистрированном в Тас-Тумусе, и получил свидетельство о рождении № 1. Может, это был какой-то особый знак?
В детстве я долго не мог понять, почему некоторые старики-якуты поставили свои дома не в самом селе, а где-то на отшибе. В силу тогдашнего воспитания, как октябрёнок и «юный ленинец» я даже предположить не мог, что совершенно обыкновенный, поросший березами и лиственницами склон мыса, по которому лесенкой взбирались наверх новые дома, может выглядеть в чьих-то глазах особым, таинственно-запретным местом. Но именно так оно и было. Однажды старый якут-охотник на мой наивный детский совет перебраться в посёлок, чтобы не ходить по целому часу в магазин или на почту, вдруг ответил: «Нельзя! На мысу похоронен великий шаман, он будет сердиться, что я беспокою его сон. И вы все зря так близко к нему поселились…» Я было раскрыл рот для расспросов, но старец приложил палец к губам и молча направился к своей дальней избушке. Мои попытки что-то узнать о таинственном шамане от родителей-атеистов закончились советом не слушать выжившего из ума деда. Но слова его запомнились.
Тогда, конечно, мне и в голову не пришло связывать с этой историей свои детские сны, а точнее – один сон, который с каким-то жёстким упорством повторялся из месяца в месяц несколько лет. Возможно, это случалось в полнолуние или в другой определённый день, но я тогда был слишком мал, чтобы увидеть какую-то закономерность и задуматься о ней. Итак, стоило мне сомкнуть глаза, как за мной начинал гнаться по незнакомому таёжному косогору огромный медведь. Спасаясь от него, я всегда в конце сна оказывался на затерянном в глухом лесу старинном кладбище и бежал между заброшенных, порой едва видимых могил, боясь случайно провалиться в одну из них. Но в конце концов в могилу проваливался медведь, а я убегал, слыша за спиной его бессильный рёв…
Я ещё вернусь в своих рассказах к этому сну, а пока добавлю, что в школе нашего маленького села было только четыре класса, и дальше нужно было учиться в соседнем поселке Промышленный, построенном геологами на месте, прежде называвшемся по-якутски Ойун-Хая – Шаманская гора. Напротив нашего села виднелся Ойун-Аян – Шаманский залив, а недалеко находилось село Ойун-Унгуохтах – Шаманские Кости. Было ещё и озеро Арангас-Кюель, говорившее о том, что, когда-то на его берегу находился арангас – воздушное захоронение, устраиваемое для шаманов. И даже наш райцентр Сангар, как я узнал позже из легенды, носил точно такое же имя, как некогда жившая здесь знаменитая и всесильная тунгусская удаганка…
Несколько лет назад мне довелось узнать, как вспоминал о моём родном Тас-Тумусе легендарный исполнитель якутского эпоса олонхо Сергей Зверев, живший в верховьях реки Вилюй и побывавший на моей будущей родине ещё в начале прошлого века. Вот его рассказ: «Давно это было, когда молодым был. Ноги крепкие были, в очень далёких местах охотился. Однажды попал туда, где Вилюй впадает в Лену. Поросший лесом большой остров там есть, Таас Тумус называется. Кругом скалы, тайга шумит. В глубокой долине, как в трубе, всё время ветры дуют. Неспокойное, с недоброй славой место. Люди его избегали, никогда там не селились…»
Правда, это угрюмое место тогда неожиданно подарило Звереву настоящее чудо, но об этом я рассказу в другой раз.
Вот и получается, что я появился на свет в настоящем шаманском оазисе, правда, бесцеремонно нарушенном и погружённым в безверие взрослым поколением атеистов. Но хранившем тогда ещё кое-какие отголоски. Так, в Промышленном, в силу своего мальчишеского любопытства и какой-то тяги ко всему необычному, я однажды направился «на выселки» к ещё одному деду-отшельнику. Он то ли проникся расположением к незваному гостю, то ли понимал, что мальчишка выслушает то, на что взрослые просто махнут рукой, но рассказал мне, как был учеником «очень большого шамана». Дед искренне сетовал, что его наставник, к сожалению, слишком неожиданно и рано умер. «Старик умел ходить по воде и летать по небу, – вздыхал мой собеседник с непритворной горечью, – а я не успел у него научиться. Недоучкой и остался. Только первую ступень прошел, а надо было три… – Помолчав, он добавил: – Хочу совет тебе дать: когда вырастишь, уезжай из Промышленного. Нельзя в нём жить. Там мой Старик лежит, и другие ойуны и удаганы. Им очень не нравится, что люди у самых их костей дома поставили…»
Тут, наверное, надо сделать отступление и пояснить, что якуты на своём языке называют мужчин-шаманов «ойунами». Слово «удаган» издревле обозначало женщину-шаманку, но на русском языке привычнее и более по-женски звучит «удаганка». Так мы и будем впредь их называть.
Что касается прерванных откровений ученика шамана, то к подобным историям другие взрослые, особенно учителя, предлагали тогда относиться как к «пережиткам прошлого». Но то, что на нашем мысу существовали старинные захоронения, подтверждала почти каждая весна – из потревоженного льдинами осыпающегося обрыва выпадали похожие на ящики гробы из толстых, грубо отёсанных почерневших плах. Обычно при очередном подъеме воды река подхватывала эти пугающие дары и хоронила в своих омутах. Мы, ребятня, заглядывать внутрь полуистлевших чёрных ящиков боялись даже через щёлки, но взрослые парни иногда любопытствовали. Помню, один из них рассказывал, что в очередном из выпавших гробов лежали останки длинноволосой женщины в истлевшем, но некогда, видимо, богатом наряде, и все пальцы её были унизаны перстнями, а на шее висели старинные ожерелья из голубоватого камня. Ходил даже слух, что кто-то из матросов приставшего к нашему берегу чужого теплохода не побоялся забрать кольцо с руки покойницы, но будто бы вскоре утонул…
О шаманских захоронениях и существующим вокруг них запретах и таинствах – тоже сказ особый, но, завершая это небольшое вступление к нашим дальнейшим встречам, могу сказать, что во времена моей юности Промышленный как поселок полностью прекратил свое существование, Сангар пережил свой расцвет и закат, а в Тас-Тумусе из шести десятков домов остался один-единственный – тот, в котором я родился…
А шаманы меня всё-таки догнали. Уже оставив за спиной почти полвека и став писателем, я однажды в беседе с одним издателем произнёс слово «шаманизм» и внезапно понял, что за ним вырастает книга, за которую надо садиться буквально завтра. На календаре был 2000-й год, атеистические запреты вместе с цензурой канули в Лету, и ситуация вокруг внезапного проекта начала складываться так удачно, будто провидение случайно подарило мне шанс, а потом неожиданно включилось в его реализацию. Уйдя с головой в работу, я исподволь обнаруживал всё больше и больше каких-то неслучайных обстоятельств рождения книги. Во-первых, я открыл и уже несколько лет вёл в газете, где работал, рубрику «Аура» о паранормальных явлениях, феноменах, различных верованиях и ритуалах. А для этого, естественно, встречался с носителями этих верований и накопил материал, опыт личного общения с необычными людьми и наблюдений за ними. Были среди моих собеседников и те, кто считал себя шаманами, народными целителями «с шаманскими корнями», а также нынешние дети, внуки, правнуки некогда знаменитых ойунов. Параллельно собиралась небольшая библиотека литературы по традиционным верованиям. Кроме того, в моей памяти и в старых журналистских блокнотах хранилось немало шаманских и мистических историй с ещё советских времён, когда рассказать о них читателям было невозможно. Так что первичная основа для книги была, а также просматривались реальные возможности за время работы над рукописью ещё кое-что прирастить к накопленному материалу.
Первая моя книга вышла в 2002 году в серии «Великие тайны» московского издательства «Вече» и получила соответствующее название «Тайны вуду и шаманизма». По просьбе издателей, помимо шаманов, я рассказал и о культе вуду, о котором тогда мало что было известно с нашей стране. Книга оказалось успешной, была быстро раскуплена, и в 2005 году «Вече» переиздало её в серии «Тайны веков».
В это же время в родной Якутии, в издательстве «Бичик», одна за другой вышли книги «Служители трёх миров» и «Воители трёх миров».
Название «Служители трёх миров», на мой взгляд, отразило главную особенность шаманов как носителей древнего языческого культа. Только они могут совершать астральные путешествия во всех трёх существующих мирах нашей Вселенной – Среднем, Верхнем и Нижнем – быть посланниками и связными между ними, нести миссии добра и зла, созидания и разрушения, целительства и проклятия. Подобные качества ставят шаманов в оккультном ряду значительно выше обычных колдунов, магов и чародеев. Тем интереснее это и для писателя, и для читателей.
Что касается книги «Воители трёх миров», то, думаю, вы догадались о её содержании по названию. Да, там шла речь о сражениях между шаманами, их битвах со злыми духами и исчадиями Нижнего мира, о защите шаманских захоронений и многом подобном.
Все упомянутые книги были с интересом приняты не только читателями в разных уголках страны и за её пределами, но даже учёными-этнографами. Конечно, пираты быстро растащили их по разным эзотерическим и мистическим сайтам, порталам и библиотекам, зачастую не удосуживаясь упомянуть автора. Но, как говорится, Бог им судья.
Итак, я оказался первым русским писателем, который начал разрабатывать эту тему в моей родной Якутии, да и в России нового времени – тоже одним из первых. Но с момента выхода упомянутых книг прошло двадцать лет, и, естественно, за эти годы мой писательский багаж значительно пополнился – среди знакомых и даже друзей появились шаманы и исследователи их веры, о которых я раньше мало чего знал, а то и не знал вовсе. Открылись какие-то новые материалы и документы. Мне повезло лично оказаться в «шаманских» местах, упоминавшихся в первых книгах, и не раз эти поездки и путешествия дарили интересные, а то и мистические продолжения первоначальных историй. Я пересёк Аляску и Камбоджу, совершил поездку в Японию вслед за якутским мамонтом, за четыре путешествия немало увидел в Африке, побывал в нескольких европейских странах и во многих сакральных местах России – от Камчатки до Байкала, от Алтая до Эльбруса, и от Полюса холода до островов Ледовитого океана. И конечно же, везде интересовался древними верованиями. Особым событием стало участие во Всемирном слёте шаманов в Гренландии в 2009 году, где я оказался единственным русским человеком…
Всё упомянутое я и постарался добавить в новую редакцию своей шаманский дилогии для издательства «Эксмо», переписав многие главы и добавив новые. Так что в вышедшей 2023 году книге за прежним названием «Служители трёх миров» кроется совсем иное содержание. В «Тасландии» вы не раз встретитесь с героями новелл из «Служителей», а со временем, надеюсь, станете первыми читателями моих новых рассказов и книг о шаманизме.
«Ангелы» направились к читателям. Владимир ФЁДОРОВ
В подмосковной Коломне, в издательстве «Серебро слов» вышла моя новая книга стихов «Ангелы двенадцатого года». Эта книга стала продолжением и развитием поэтического сборника «Такова судьба гусарская», который был издан в Якутске в 2012 году. Таким образом, моя служба в гусарском полку, участие в кампании 1812-1814 годов и последующее пребывание в отставке в родовом имении имеют место быть и сегодня, пополняясь новыми поэтическими подробностями. Всего в книжку вошло чуть более ста стихотворений, соединившихся в полную битв, любви и поэзии жизненную историю русского гусара, промчавшегося по полям сражений от Москвы до Парижа и возвратившегося обратно в отеческую глубинку. Я приношу свою благодарность издательству «Серебро слов» и лично его владельцу Сергею Анисимову за прекрасное полиграфическое исполнение книги и внимательное отношение к моему творчеству.
Обратная связь
Дорогие читатели и коллеги, путешественники по мирам Тасландии! Ваши мысли о моём творчестве, об отдельных произведениях, книгах, спектаклях, фотоальбомах и просто дружеская поддержка — очень важны для меня. В конце концов, литература и искусство существуют ради диалога между автором и теми, для кого они создаются. Если у вас есть желание поделиться впечатлением или задать вопрос, я открыт для разговора. Самый быстрый и удобный способ связаться со мной — мой мессенджер Вконтакте. Также можно написать на мою электронную почту fvn51@mail.ru Владимир ФЁДОРОВ
Пункт меню: Донаты
ДОНАТЫ Донаты Материл в работе Светится вино брусничное в бокале,И последний лист сгорает за окном.Я волью в бокал осенние печали. И разбавлю их рубиновым вином.Я волью в бокал немного звёздной сини,Опущу на дно незримое кольцо,И увижу вдруг Подробнее
Пункт меню: Книги в маркетах
КНИГИ В МАРКЕТАХ Книги в маркетах Материл в работе Светится вино брусничное в бокале,И последний лист сгорает за окном.Я волью в бокал осенние печали. И разбавлю их рубиновым вином.Я волью в бокал немного звёздной сини,Опущу на дно незримое кольцо,И увижу вдруг Подробнее
Пункт меню: Премьеры и рецензии
ПРЕМЬЕРЫ И РЕЦЕНЗИИ Премьеры и рецензии Материл в работе Светится вино брусничное в бокале,И последний лист сгорает за окном.Я волью в бокал осенние печали. И разбавлю их рубиновым вином.Я волью в бокал немного звёздной сини,Опущу на дно незримое кольцо,И увижу вдруг Подробнее
Пункт меню: Мир приключений
МИР МНЕНИЙ Мир приключений Пункт меню: Мир приключений Начав пристальнее вглядываться в мир глазами писателя, я вдруг понял, что шаманизм, оказывается, окружал меня с самого рождения, я просто жил среди него и в нём, но не обращал на это внимания. А появился на… Подробнее Шаманское сердце Байкала В старину немалая часть бурятских шаманов считала главной обителью сакральных сил, а затем и последним своим убежищем остров Ольхон – самый большой на «славном море» Байкале. По легенде, отсюда в старину и пошли буряты –… Подробнее Тернистый фарт Петра Бекетова «Того же году сентября в 25 день по государеву, цареву и великого князя Михаила Федоровича всея Руси указу поставил я, Петрушка, с служилыми людьми на Лене острог для государева величества в дальней украине и для… Подробнее Мария по имени Татьяна Эта история — о тайне главной героини моей пьесы «Созвездие Марии» и её муже Василии Прончищеве, трагически погибших в Арктике в XVIII веке, а также об участии в заключительном этапе раскопок их захоронения, которое мне… Подробнее Пикник по-русски с якутским чудовищем Добравшись до Полюса холода Оймякона, мы до самого последнего момента боялись, что не сможем преодолеть сто оставшихся километров полного бездорожья до обители таинственного чудовища озера Лабынкыр… Бросок на Полюс холода Ранним апрельским утром 2009 года… Подробнее Материл в работе Светится вино брусничное в бокале,И последний лист сгорает за окном.Я волью в бокал осенние печали. И разбавлю их рубиновым вином.Я волью в бокал немного звёздной сини,Опущу на дно незримое кольцо,И увижу вдруг Подробнее
Пункт меню: Рассказы
Начав пристальнее вглядываться в мир глазами писателя, я вдруг понял, что шаманизм, оказывается, окружал меня с самого рождения, я просто жил среди него и в нём, но не обращал на это внимания. А появился на свет я в далёкой и студёной Якутии, в маленьком рыбацком селе Тас-Тумус (Каменный Мыс), в нижнем течении реки Лены, которую за её изначалие и величие местный жители уважительно называют Бабушкой. Справа и слева от села в Лену впадало сразу два больших притока – Вилюй и Лунгха, и между ними высился каменный мыс, давший название моей малой родине. Хоть люди и жили издавна в столь знаковом месте, село наше только-только доросло до собственного сельсовета. Поэтому я оказался первым новорождённым, официально зарегистрированном в Тас-Тумусе, и получил свидетельство о рождении № 1. Может, это был какой-то особый знак?
В детстве я долго не мог понять, почему некоторые старики-якуты поставили свои дома не в самом селе, а где-то на отшибе. В силу тогдашнего воспитания, как октябрёнок и «юный ленинец» я даже предположить не мог, что совершенно обыкновенный, поросший березами и лиственницами склон мыса, по которому лесенкой взбирались наверх новые дома, может выглядеть в чьих-то глазах особым, таинственно-запретным местом. Но именно так оно и было. Однажды старый якут-охотник на мой наивный детский совет перебраться в посёлок, чтобы не ходить по целому часу в магазин или на почту, вдруг ответил: «Нельзя! На мысу похоронен великий шаман, он будет сердиться, что я беспокою его сон. И вы все зря так близко к нему поселились…» Я было раскрыл рот для расспросов, но старец приложил палец к губам и молча направился к своей дальней избушке. Мои попытки что-то узнать о таинственном шамане от родителей-атеистов закончились советом не слушать выжившего из ума деда. Но слова его запомнились.
Тогда, конечно, мне и в голову не пришло связывать с этой историей свои детские сны, а точнее – один сон, который с каким-то жёстким упорством повторялся из месяца в месяц несколько лет. Возможно, это случалось в полнолуние или в другой определённый день, но я тогда был слишком мал, чтобы увидеть какую-то закономерность и задуматься о ней. Итак, стоило мне сомкнуть глаза, как за мной начинал гнаться по незнакомому таёжному косогору огромный медведь. Спасаясь от него, я всегда в конце сна оказывался на затерянном в глухом лесу старинном кладбище и бежал между заброшенных, порой едва видимых могил, боясь случайно провалиться в одну из них. Но в конце концов в могилу проваливался медведь, а я убегал, слыша за спиной его бессильный рёв…
Я ещё вернусь в своих рассказах к этому сну, а пока добавлю, что в школе нашего маленького села было только четыре класса, и дальше нужно было учиться в соседнем поселке Промышленный, построенном геологами на месте, прежде называвшемся по-якутски Ойун-Хая – Шаманская гора. Напротив нашего села виднелся Ойун-Аян – Шаманский залив, а недалеко находилось село Ойун-Унгуохтах – Шаманские Кости. Было ещё и озеро Арангас-Кюель, говорившее о том, что, когда-то на его берегу находился арангас – воздушное захоронение, устраиваемое для шаманов. И даже наш райцентр Сангар, как я узнал позже из легенды, носил точно такое же имя, как некогда жившая здесь знаменитая и всесильная тунгусская удаганка…
Несколько лет назад мне довелось узнать, как вспоминал о моём родном Тас-Тумусе легендарный исполнитель якутского эпоса олонхо Сергей Зверев, живший в верховьях реки Вилюй и побывавший на моей будущей родине ещё в начале прошлого века. Вот его рассказ: «Давно это было, когда молодым был. Ноги крепкие были, в очень далёких местах охотился. Однажды попал туда, где Вилюй впадает в Лену. Поросший лесом большой остров там есть, Таас Тумус называется. Кругом скалы, тайга шумит. В глубокой долине, как в трубе, всё время ветры дуют. Неспокойное, с недоброй славой место. Люди его избегали, никогда там не селились…»
Правда, это угрюмое место тогда неожиданно подарило Звереву настоящее чудо, но об этом я рассказу в другой раз.
Вот и получается, что я появился на свет в настоящем шаманском оазисе, правда, бесцеремонно нарушенном и погружённым в безверие взрослым поколением атеистов. Но хранившем тогда ещё кое-какие отголоски. Так, в Промышленном, в силу своего мальчишеского любопытства и какой-то тяги ко всему необычному, я однажды направился «на выселки» к ещё одному деду-отшельнику. Он то ли проникся расположением к незваному гостю, то ли понимал, что мальчишка выслушает то, на что взрослые просто махнут рукой, но рассказал мне, как был учеником «очень большого шамана». Дед искренне сетовал, что его наставник, к сожалению, слишком неожиданно и рано умер. «Старик умел ходить по воде и летать по небу, – вздыхал мой собеседник с непритворной горечью, – а я не успел у него научиться. Недоучкой и остался. Только первую ступень прошел, а надо было три… – Помолчав, он добавил: – Хочу совет тебе дать: когда вырастишь, уезжай из Промышленного. Нельзя в нём жить. Там мой Старик лежит, и другие ойуны и удаганы. Им очень не нравится, что люди у самых их костей дома поставили…»
Тут, наверное, надо сделать отступление и пояснить, что якуты на своём языке называют мужчин-шаманов «ойунами». Слово «удаган» издревле обозначало женщину-шаманку, но на русском языке привычнее и более по-женски звучит «удаганка». Так мы и будем впредь их называть.
Что касается прерванных откровений ученика шамана, то к подобным историям другие взрослые, особенно учителя, предлагали тогда относиться как к «пережиткам прошлого». Но то, что на нашем мысу существовали старинные захоронения, подтверждала почти каждая весна – из потревоженного льдинами осыпающегося обрыва выпадали похожие на ящики гробы из толстых, грубо отёсанных почерневших плах. Обычно при очередном подъеме воды река подхватывала эти пугающие дары и хоронила в своих омутах. Мы, ребятня, заглядывать внутрь полуистлевших чёрных ящиков боялись даже через щёлки, но взрослые парни иногда любопытствовали. Помню, один из них рассказывал, что в очередном из выпавших гробов лежали останки длинноволосой женщины в истлевшем, но некогда, видимо, богатом наряде, и все пальцы её были унизаны перстнями, а на шее висели старинные ожерелья из голубоватого камня. Ходил даже слух, что кто-то из матросов приставшего к нашему берегу чужого теплохода не побоялся забрать кольцо с руки покойницы, но будто бы вскоре утонул…
О шаманских захоронениях и существующим вокруг них запретах и таинствах – тоже сказ особый, но, завершая это небольшое вступление к нашим дальнейшим встречам, могу сказать, что во времена моей юности Промышленный как поселок полностью прекратил свое существование, Сангар пережил свой расцвет и закат, а в Тас-Тумусе из шести десятков домов остался один-единственный – тот, в котором я родился…
А шаманы меня всё-таки догнали. Уже оставив за спиной почти полвека и став писателем, я однажды в беседе с одним издателем произнёс слово «шаманизм» и внезапно понял, что за ним вырастает книга, за которую надо садиться буквально завтра. На календаре был 2000-й год, атеистические запреты вместе с цензурой канули в Лету, и ситуация вокруг внезапного проекта начала складываться так удачно, будто провидение случайно подарило мне шанс, а потом неожиданно включилось в его реализацию. Уйдя с головой в работу, я исподволь обнаруживал всё больше и больше каких-то неслучайных обстоятельств рождения книги. Во-первых, я открыл и уже несколько лет вёл в газете, где работал, рубрику «Аура» о паранормальных явлениях, феноменах, различных верованиях и ритуалах. А для этого, естественно, встречался с носителями этих верований и накопил материал, опыт личного общения с необычными людьми и наблюдений за ними. Были среди моих собеседников и те, кто считал себя шаманами, народными целителями «с шаманскими корнями», а также нынешние дети, внуки, правнуки некогда знаменитых ойунов. Параллельно собиралась небольшая библиотека литературы по традиционным верованиям. Кроме того, в моей памяти и в старых журналистских блокнотах хранилось немало шаманских и мистических историй с ещё советских времён, когда рассказать о них читателям было невозможно. Так что первичная основа для книги была, а также просматривались реальные возможности за время работы над рукописью ещё кое-что прирастить к накопленному материалу.
Первая моя книга вышла в 2002 году в серии «Великие тайны» московского издательства «Вече» и получила соответствующее название «Тайны вуду и шаманизма». По просьбе издателей, помимо шаманов, я рассказал и о культе вуду, о котором тогда мало что было известно с нашей стране. Книга оказалось успешной, была быстро раскуплена, и в 2005 году «Вече» переиздало её в серии «Тайны веков».
В это же время в родной Якутии, в издательстве «Бичик», одна за другой вышли книги «Служители трёх миров» и «Воители трёх миров».
Название «Служители трёх миров», на мой взгляд, отразило главную особенность шаманов как носителей древнего языческого культа. Только они могут совершать астральные путешествия во всех трёх существующих мирах нашей Вселенной – Среднем, Верхнем и Нижнем – быть посланниками и связными между ними, нести миссии добра и зла, созидания и разрушения, целительства и проклятия. Подобные качества ставят шаманов в оккультном ряду значительно выше обычных колдунов, магов и чародеев. Тем интереснее это и для писателя, и для читателей.
Что касается книги «Воители трёх миров», то, думаю, вы догадались о её содержании по названию. Да, там шла речь о сражениях между шаманами, их битвах со злыми духами и исчадиями Нижнего мира, о защите шаманских захоронений и многом подобном.
Все упомянутые книги были с интересом приняты не только читателями в разных уголках страны и за её пределами, но даже учёными-этнографами. Конечно, пираты быстро растащили их по разным эзотерическим и мистическим сайтам, порталам и библиотекам, зачастую не удосуживаясь упомянуть автора. Но, как говорится, Бог им судья.
Итак, я оказался первым русским писателем, который начал разрабатывать эту тему в моей родной Якутии, да и в России нового времени – тоже одним из первых. Но с момента выхода упомянутых книг прошло двадцать лет, и, естественно, за эти годы мой писательский багаж значительно пополнился – среди знакомых и даже друзей появились шаманы и исследователи их веры, о которых я раньше мало чего знал, а то и не знал вовсе. Открылись какие-то новые материалы и документы. Мне повезло лично оказаться в «шаманских» местах, упоминавшихся в первых книгах, и не раз эти поездки и путешествия дарили интересные, а то и мистические продолжения первоначальных историй. Я пересёк Аляску и Камбоджу, совершил поездку в Японию вслед за якутским мамонтом, за четыре путешествия немало увидел в Африке, побывал в нескольких европейских странах и во многих сакральных местах России – от Камчатки до Байкала, от Алтая до Эльбруса, и от Полюса холода до островов Ледовитого океана. И конечно же, везде интересовался древними верованиями. Особым событием стало участие во Всемирном слёте шаманов в Гренландии в 2009 году, где я оказался единственным русским человеком…
Всё упомянутое я и постарался добавить в новую редакцию своей шаманский дилогии для издательства «Эксмо», переписав многие главы и добавив новые. Так что в вышедшей 2023 году книге за прежним названием «Служители трёх миров» кроется совсем иное содержание. В «Тасландии» вы не раз встретитесь с героями новелл из «Служителей», а со временем, надеюсь, станете первыми читателями моих новых рассказов и книг о шаманизме.
Добро пожаловать в миры Тасландии!
Заглянув на этот сайт, дорогие читатели, вы попадёте в миры виртуальной страны Тасландии, которую создал писатель Владимир ФЁДОРОВ. А почему, собственно, она так называется? Да потому, что со слова ТАС (Каменный) начиналось название необычного места в глубине Сибири, в далёкой Якутии, где появился на свет будущий поэт, прозаик, драматург и фотограф. А ещё ТАС можно расшифровать как ТАЙНЫ, АВТОГРАФЫ, СТРАНСТВИЯ, которые и стали главными стержнями миров Владимира Фёдорова. Добро пожаловать в них! Владимир ФЁДОРОВ: Мне повезло на впечатления ‒ я родился в далёкой таёжной глубинке, в краю белых ночей, заповедных пространств, и ещё в раннем детстве открыл для себя мир дикой природы, северных легенд, таинственных явлений и древних верований. Профессия геолога позволила мне пройти по маршрутам, по которым не пройдут простые смертные, а журналистика и путешествия дали возможность увидеть многое собственными глазами и зафиксировать объективом фотокамеры, которая была со мной с самого детства. Из всего этого я и создаю свою Тасландию. Творческая биография Владимира Фёдорова Фёдоров Владимир Николаевич – поэт, драматург, прозаик, журналист. Член Союза писателей СССР (России) с 1988 года. Народный писатель Якутии. Родился 31 марта 1951 года в маленьком рыбацком селе Тас-Тумус на берегу реки Лены в Кобяйском районе Якутской АССР. Учился в родном селе до окончания местной начальной школы, затем ‒ в поселке Промышленный и в районном центре Сангар. Впечатления своего таёжного детства писатель изложил в повести «Гражданин № 1 навсегда исчезнувшего города». Её можно прочитать на этом сайте https://taslandiya.ru/povesti-i-romany/#flipbook-df_676/1/ Владимир со своими родными и близкими. На снимке с родителями Николаем и Ольгой ему восемь месяцев; рядом — два года и пять лет; за рулём моторки — десять лет; в геологической экспедиции в заполярной тундре — чуть больше двадцати. На цветных снимках недавних лет рядом с Владимиром дочки Маша и Аня, жена Надежда, а справа — мама Ольга Ивановна с внучкой Аней. В 1975 году Владимир окончил Якутский государственный университет. По первому образованию – геолог. Во время учёбы и после её окончания проработал несколько сезонов в геологических экспедициях, в которых почерпнул немало интересного материала для будущих произведений. В частности, для романа «Сезон зверя». В 1977 году перешел из геологии в журналистику, в газету «Молодёжь Якутии». С 1978 года работал в республиканской газете «Социалистическая Якутия». В 1983 году перешёл в литературный журнал «Полярная звезда», орган Союза писателей Якутии, в 1990 году стал его главным редактором. В 1994 году вернулся в газетную журналистику. Был завотделом культуры, а с 2003 года – главным редактором правительственной газеты «Якутия», генеральным директором АОА «Газета «Якутия». С 2011 года живёт в Москве, десять лет проработал главным редактором «Общеписательской газеты» Международного сообщества писательских союзов (МСПС). В настоящее время – главный редактор всероссийского электронного литературного журнала «ЛИterra» Владимир Фёдоров – действительный член Академии духовности Республики Саха (Якутия), член-корреспондент Академии поэзии России, действительный член Русского Географического общества, заслуженный работник культуры Якутии, лауреат Государственной премии Якутии им. П.А.Ойунского, лауреат Большой литературной премии России, лауреат международных литературных премий «Триумф», «Литературный Олимп», «Серебряное летящее перо», Лауреат всероссийских премий им. Николая Гумилёва, Николая Лескова, «Золотое перо Руси-2016», лауреат региональной премии Кирилла и Мефодия, победитель Всероссийского поэтического конкурса Вооруженных Сил РФ «Твои, Россия, сыновья». За вклад в российскую литературу награжден государственной медалью А.С.Пушкина. За книгу стихов «Такова судьба гусарская» награждён Грамотой Патриарха Московского и всея Руси Кирилла и медалью Русской Православной церкви «200 лет Отечественной войны 1812 года». За литературные достижения награжден медалями Михаила Лермонтова, Антона Чехова, Василия Шукшина, Ивана Бунина, Петра Бекетова, Николая Гумилева. Владимир Фёдоров – автор более 30 книг, выпущенных в якутских и московских издательствах, в том числе сборников стихов «Автограф души», «Красный ангел», «Небесный пилигрим», «Восьмигранная Ойкумена», «Ангелы двенадцатого года», «Небесные тетради» и других, повестей «Звезда голуболикой Жаннет», «Скрипка», «Гражданин №1 навсегда исчезнувшего города»», романа «Сезон зверя», ряда научно-популярных изданий о традиционных верованиях. Ряд книг стихов и прозы переведены и изданы в зарубежных странах. На стихи Владимира Фёдорова написаны песни и романсы. В профессиональных и народных театрах Якутии и России по пьесам Владимира Фёдорова было поставлено полтора десятка спектаклей. В том числе в Русском академическом драматическом театре им. А.С.Пушкина – шесть спектаклей в постановке народного артиста России, обладателя «Золотой маски» Андрея Борисова – на темы, связанные с Сибирью и Северо-Востоком России («Одиссея инока якуцкого», «Апостол государев», «Созвездие Марии», «Два берега одной Победы», «Путь Святителя», «Запасной аэродром»), а также два детских и один поэтический спектакль. Постановка «Одиссея инока якутского» была удостоена звания дипломанта на международном фестивале «Благая весть», посвященном 2000-летию Христианства. Она же была отмечена Государственной премией Якутии им П.А.Ойунского. Премьера спектакля «Апостол государев» состоялась во МХТ им.Чехова в Москве в 2007 году в дни празднования 375-летия вхождения Якутии в состав России. За эту пьесу автор был награждён медалью А.С.Пушкина. В 2012 году, в дни 380-летия вхождения Якутии в состав России, в Москве, а затем в Санкт-Петербурге и Якутске прошла премьера музыкальной исторической драмы «Созвездие Марии», которая с затем успехом шла более десяти сезонов в Русском драматическом театре им. А.С.Пушкина. Кинокомпания «КАРО Продакшн» в 2018 году по мотивам этой пьесы сняла художественный фильм «Первые». Весной 2015 года в Москве, в Молодежном театре им. Михаила Лермонтова, состоялась премьера спектакля «Парижские дни. 1814 год» по книге стихов В.Фёдорова «Такова судьба гусарская». В дни 70-летия Великой Победы в Русском драматическом театре Якутска с успехом прошла премьера спектакля «Два берега одной Победы» об авиатрассе «Аляска – Сибирь» в годы войны. Осенью 2015 года Молодёжный театр им. Михаила Лермонтова поставил поэтический спектакль «Африканское сафари» по стихам Владимира Фёдорова. В 2016 году спектакль «Два берега одной Победы» выиграл грант Всероссийского фестиваля «Театральный Олимп» и годом позже стал его серебряным лауреатом. В 2017 году в Москве главным событием 385-летия вхождения в Якутии в состав России стала премьера спектакля «Путь Святителя» по пьесе Владимира Фёдорова «Алмазный крест» – о долгом и многотрудном пути Иннокентия Вениаминова от простого сибирского священника до Апостола Русской Америки, Камчатки и Якутии, а затем Митрополита Московского. В спектакле-эпопеи приняли участие более 200 артистов из пяти театров Якутии. Весной 2021 года в Академическом Русском драматическом театре Якутска состоялась премьера спектакля «Запасной аэродром», который стал второй частью дилогии о перегоне по Ленд-лизу военных самолетов с Аляски через Якутию в годы Великой Отечественной войны. В конце года этот спектакль получил «Золотой диплом» международного конкурса «Золотой витязь» в
Пункт меню: Мир мнений
Начав пристальнее вглядываться в мир глазами писателя, я вдруг понял, что шаманизм, оказывается, окружал меня с самого рождения, я просто жил среди него и в нём, но не обращал на это внимания. А появился на свет я в далёкой и студёной Якутии, в маленьком рыбацком селе Тас-Тумус (Каменный Мыс), в нижнем течении реки Лены, которую за её изначалие и величие местный жители уважительно называют Бабушкой. Справа и слева от села в Лену впадало сразу два больших притока – Вилюй и Лунгха, и между ними высился каменный мыс, давший название моей малой родине. Хоть люди и жили издавна в столь знаковом месте, село наше только-только доросло до собственного сельсовета. Поэтому я оказался первым новорождённым, официально зарегистрированном в Тас-Тумусе, и получил свидетельство о рождении № 1. Может, это был какой-то особый знак?
В детстве я долго не мог понять, почему некоторые старики-якуты поставили свои дома не в самом селе, а где-то на отшибе. В силу тогдашнего воспитания, как октябрёнок и «юный ленинец» я даже предположить не мог, что совершенно обыкновенный, поросший березами и лиственницами склон мыса, по которому лесенкой взбирались наверх новые дома, может выглядеть в чьих-то глазах особым, таинственно-запретным местом. Но именно так оно и было. Однажды старый якут-охотник на мой наивный детский совет перебраться в посёлок, чтобы не ходить по целому часу в магазин или на почту, вдруг ответил: «Нельзя! На мысу похоронен великий шаман, он будет сердиться, что я беспокою его сон. И вы все зря так близко к нему поселились…» Я было раскрыл рот для расспросов, но старец приложил палец к губам и молча направился к своей дальней избушке. Мои попытки что-то узнать о таинственном шамане от родителей-атеистов закончились советом не слушать выжившего из ума деда. Но слова его запомнились.
Тогда, конечно, мне и в голову не пришло связывать с этой историей свои детские сны, а точнее – один сон, который с каким-то жёстким упорством повторялся из месяца в месяц несколько лет. Возможно, это случалось в полнолуние или в другой определённый день, но я тогда был слишком мал, чтобы увидеть какую-то закономерность и задуматься о ней. Итак, стоило мне сомкнуть глаза, как за мной начинал гнаться по незнакомому таёжному косогору огромный медведь. Спасаясь от него, я всегда в конце сна оказывался на затерянном в глухом лесу старинном кладбище и бежал между заброшенных, порой едва видимых могил, боясь случайно провалиться в одну из них. Но в конце концов в могилу проваливался медведь, а я убегал, слыша за спиной его бессильный рёв…
Я ещё вернусь в своих рассказах к этому сну, а пока добавлю, что в школе нашего маленького села было только четыре класса, и дальше нужно было учиться в соседнем поселке Промышленный, построенном геологами на месте, прежде называвшемся по-якутски Ойун-Хая – Шаманская гора. Напротив нашего села виднелся Ойун-Аян – Шаманский залив, а недалеко находилось село Ойун-Унгуохтах – Шаманские Кости. Было ещё и озеро Арангас-Кюель, говорившее о том, что, когда-то на его берегу находился арангас – воздушное захоронение, устраиваемое для шаманов. И даже наш райцентр Сангар, как я узнал позже из легенды, носил точно такое же имя, как некогда жившая здесь знаменитая и всесильная тунгусская удаганка…
Несколько лет назад мне довелось узнать, как вспоминал о моём родном Тас-Тумусе легендарный исполнитель якутского эпоса олонхо Сергей Зверев, живший в верховьях реки Вилюй и побывавший на моей будущей родине ещё в начале прошлого века. Вот его рассказ: «Давно это было, когда молодым был. Ноги крепкие были, в очень далёких местах охотился. Однажды попал туда, где Вилюй впадает в Лену. Поросший лесом большой остров там есть, Таас Тумус называется. Кругом скалы, тайга шумит. В глубокой долине, как в трубе, всё время ветры дуют. Неспокойное, с недоброй славой место. Люди его избегали, никогда там не селились…»
Правда, это угрюмое место тогда неожиданно подарило Звереву настоящее чудо, но об этом я рассказу в другой раз.
Вот и получается, что я появился на свет в настоящем шаманском оазисе, правда, бесцеремонно нарушенном и погружённым в безверие взрослым поколением атеистов. Но хранившем тогда ещё кое-какие отголоски. Так, в Промышленном, в силу своего мальчишеского любопытства и какой-то тяги ко всему необычному, я однажды направился «на выселки» к ещё одному деду-отшельнику. Он то ли проникся расположением к незваному гостю, то ли понимал, что мальчишка выслушает то, на что взрослые просто махнут рукой, но рассказал мне, как был учеником «очень большого шамана». Дед искренне сетовал, что его наставник, к сожалению, слишком неожиданно и рано умер. «Старик умел ходить по воде и летать по небу, – вздыхал мой собеседник с непритворной горечью, – а я не успел у него научиться. Недоучкой и остался. Только первую ступень прошел, а надо было три… – Помолчав, он добавил: – Хочу совет тебе дать: когда вырастишь, уезжай из Промышленного. Нельзя в нём жить. Там мой Старик лежит, и другие ойуны и удаганы. Им очень не нравится, что люди у самых их костей дома поставили…»
Тут, наверное, надо сделать отступление и пояснить, что якуты на своём языке называют мужчин-шаманов «ойунами». Слово «удаган» издревле обозначало женщину-шаманку, но на русском языке привычнее и более по-женски звучит «удаганка». Так мы и будем впредь их называть.
Что касается прерванных откровений ученика шамана, то к подобным историям другие взрослые, особенно учителя, предлагали тогда относиться как к «пережиткам прошлого». Но то, что на нашем мысу существовали старинные захоронения, подтверждала почти каждая весна – из потревоженного льдинами осыпающегося обрыва выпадали похожие на ящики гробы из толстых, грубо отёсанных почерневших плах. Обычно при очередном подъеме воды река подхватывала эти пугающие дары и хоронила в своих омутах. Мы, ребятня, заглядывать внутрь полуистлевших чёрных ящиков боялись даже через щёлки, но взрослые парни иногда любопытствовали. Помню, один из них рассказывал, что в очередном из выпавших гробов лежали останки длинноволосой женщины в истлевшем, но некогда, видимо, богатом наряде, и все пальцы её были унизаны перстнями, а на шее висели старинные ожерелья из голубоватого камня. Ходил даже слух, что кто-то из матросов приставшего к нашему берегу чужого теплохода не побоялся забрать кольцо с руки покойницы, но будто бы вскоре утонул…
О шаманских захоронениях и существующим вокруг них запретах и таинствах – тоже сказ особый, но, завершая это небольшое вступление к нашим дальнейшим встречам, могу сказать, что во времена моей юности Промышленный как поселок полностью прекратил свое существование, Сангар пережил свой расцвет и закат, а в Тас-Тумусе из шести десятков домов остался один-единственный – тот, в котором я родился…
А шаманы меня всё-таки догнали. Уже оставив за спиной почти полвека и став писателем, я однажды в беседе с одним издателем произнёс слово «шаманизм» и внезапно понял, что за ним вырастает книга, за которую надо садиться буквально завтра. На календаре был 2000-й год, атеистические запреты вместе с цензурой канули в Лету, и ситуация вокруг внезапного проекта начала складываться так удачно, будто провидение случайно подарило мне шанс, а потом неожиданно включилось в его реализацию. Уйдя с головой в работу, я исподволь обнаруживал всё больше и больше каких-то неслучайных обстоятельств рождения книги. Во-первых, я открыл и уже несколько лет вёл в газете, где работал, рубрику «Аура» о паранормальных явлениях, феноменах, различных верованиях и ритуалах. А для этого, естественно, встречался с носителями этих верований и накопил материал, опыт личного общения с необычными людьми и наблюдений за ними. Были среди моих собеседников и те, кто считал себя шаманами, народными целителями «с шаманскими корнями», а также нынешние дети, внуки, правнуки некогда знаменитых ойунов. Параллельно собиралась небольшая библиотека литературы по традиционным верованиям. Кроме того, в моей памяти и в старых журналистских блокнотах хранилось немало шаманских и мистических историй с ещё советских времён, когда рассказать о них читателям было невозможно. Так что первичная основа для книги была, а также просматривались реальные возможности за время работы над рукописью ещё кое-что прирастить к накопленному материалу.
Первая моя книга вышла в 2002 году в серии «Великие тайны» московского издательства «Вече» и получила соответствующее название «Тайны вуду и шаманизма». По просьбе издателей, помимо шаманов, я рассказал и о культе вуду, о котором тогда мало что было известно с нашей стране. Книга оказалось успешной, была быстро раскуплена, и в 2005 году «Вече» переиздало её в серии «Тайны веков».
В это же время в родной Якутии, в издательстве «Бичик», одна за другой вышли книги «Служители трёх миров» и «Воители трёх миров».
Название «Служители трёх миров», на мой взгляд, отразило главную особенность шаманов как носителей древнего языческого культа. Только они могут совершать астральные путешествия во всех трёх существующих мирах нашей Вселенной – Среднем, Верхнем и Нижнем – быть посланниками и связными между ними, нести миссии добра и зла, созидания и разрушения, целительства и проклятия. Подобные качества ставят шаманов в оккультном ряду значительно выше обычных колдунов, магов и чародеев. Тем интереснее это и для писателя, и для читателей.
Что касается книги «Воители трёх миров», то, думаю, вы догадались о её содержании по названию. Да, там шла речь о сражениях между шаманами, их битвах со злыми духами и исчадиями Нижнего мира, о защите шаманских захоронений и многом подобном.
Все упомянутые книги были с интересом приняты не только читателями в разных уголках страны и за её пределами, но даже учёными-этнографами. Конечно, пираты быстро растащили их по разным эзотерическим и мистическим сайтам, порталам и библиотекам, зачастую не удосуживаясь упомянуть автора. Но, как говорится, Бог им судья.
Итак, я оказался первым русским писателем, который начал разрабатывать эту тему в моей родной Якутии, да и в России нового времени – тоже одним из первых. Но с момента выхода упомянутых книг прошло двадцать лет, и, естественно, за эти годы мой писательский багаж значительно пополнился – среди знакомых и даже друзей появились шаманы и исследователи их веры, о которых я раньше мало чего знал, а то и не знал вовсе. Открылись какие-то новые материалы и документы. Мне повезло лично оказаться в «шаманских» местах, упоминавшихся в первых книгах, и не раз эти поездки и путешествия дарили интересные, а то и мистические продолжения первоначальных историй. Я пересёк Аляску и Камбоджу, совершил поездку в Японию вслед за якутским мамонтом, за четыре путешествия немало увидел в Африке, побывал в нескольких европейских странах и во многих сакральных местах России – от Камчатки до Байкала, от Алтая до Эльбруса, и от Полюса холода до островов Ледовитого океана. И конечно же, везде интересовался древними верованиями. Особым событием стало участие во Всемирном слёте шаманов в Гренландии в 2009 году, где я оказался единственным русским человеком…
Всё упомянутое я и постарался добавить в новую редакцию своей шаманский дилогии для издательства «Эксмо», переписав многие главы и добавив новые. Так что в вышедшей 2023 году книге за прежним названием «Служители трёх миров» кроется совсем иное содержание. В «Тасландии» вы не раз встретитесь с героями новелл из «Служителей», а со временем, надеюсь, станете первыми читателями моих новых рассказов и книг о шаманизме.