Сегодня я решил вспомнить старого знакомого ‒ знаменитого медведя по кличке Казанова, хозяина лесных и прочих угодий Курильского озера на Камчатке, к сожалению, не так давно покинувшего бренный мир. Надо сказать, что память о камчатском Казанове у меня всякий раз невольно аукается эхом другого Казановы, который ушёл из жизни 225 лет назад. Да, да, тот самый великий авантюрист, ловелас и писатель Джакомо Казанова, по имени которого и получил своё прозвище камчатский альфа-самец. Почему же два Казановы пересеклись в моих воспоминаниях?..
Казанова первый
Дело в том, что в далёком 1986 году, приехав в Чехию (тогда ещё Чехословакию) к друзьям-писателям, я в один из дней оказался в городке Духцов с одноимённым старинным замком, и к своему удивлению узнал, что именно там закончил свой жизненный путь знаменитый Казанова.
Духцовский замок с высоты птичьего полёта. Фото из современных открытых источников
Растеряв к 60 годам неотразимое обаяние и магнетизм, влиятельных друзей и покровителей, всех боготворящих его женщин, за исключением служанки, Джакомо в 1785 году поступил на службу простым библиотекарем к владельцу замка, богемскому графу Йозефу Карлу фон Вальдштейну.
К этим книгам в замке, вполне возможно, прикасался библиотекарь Казанова
Впечатлённый бурной биографией, личностью и рассказами авантюриста-ветерана, граф, тоже заядлый путешественник, оккультист и ценитель необычного, обеспечил легендарному ловеласу безбедное и необременительное существование, своего рода почётную пенсию. Духцовский замок хоть и находился, как и сегодня, в богемской провинции, но отдать дань его красоте и роскоши приезжали великие композиторы Моцарт, Бах и Бетховен, столь же знаменитые поэты Гёте и Шиллер, а также царственные особы, в числе которых был и наш Александр II. Тем не менее, привыкший блистать по столицам Казанова очень тосковал в Дуксе (так тогда назывался городок по-немецки) и его спасали от депрессий лишь литературные труды.
Один из портретов Казановы средних лет. Автор — Рафаэль Мендс
Сегодня о Казанове написаны, сняты и поставлены многие десятки книг, фильмов, сериалов и спектаклей, поэтому рассказывать о нём нет необходимости. Но тогда, почти сорок лет назад, мне лишь в той же Чехословакии удалось купить и впервые прочесть о нём книжку на русском языке.
Дело в том, что советские идеологи во времена моей молодости применяли изощрённый приём ‒ печатая в СССР «нежелательные» произведения немалыми тиражами, они вывозили эти тиражи за границу и там продавали русскоязычным читателям, убивая сразу трёх зайцев ‒ не загружали мозги советских людей «ненужной и вредной литературой», демонстрировали соцстранам и Западу широту своих взглядов, ну и, конечно, зарабатывали неплохие деньги в валюте. Только советские люди тоже были не лыком шиты, и, оказавшись за границей, тащили эти книжки назад в страну, что не запрещалось ‒ издания-то были наши, отечественные! Точно так же поступал и я.
Скромная опочивальня библиотекаря Казановы в Духцовском замке — теперь уже музейная экспозиция
Конечно, я был впечатлён биографией и похождениями Казановы, но более искушённые чешские друзья, жившие недалеко от его последнего пристанища, сразу же заметили, что «старик много навыдумывал», и его откровения надо делить примерно на три. В итоге так и оказалось. Уже в наше время дотошные литературоведы и историки подсчитали, что, к примеру, из 300 упомянутых Джакомо в мемуарах «любовниц» реальных личностей оказались около 130. Интересно, что сам Казанова считал своим главным произведением и надеждой на будущее литературное бессмертие отнюдь не сделавшие его знаменитостью 12-томные мемуары великого любовника, а написанный там же в Богемии фантастический роман, один из самых первых в этом жанре.
Этот медальон с изображением 62-летнего Казановы был сделан специально для книги «Иксамерон…» гравером Йоганном Берком.
Полное название произведения звучит так: «Иксамерон или история Эдуарда и Елизаветы, которые провели 81 год у мегамикров, коренных обитателей протокосмоса внутри нашего Земного ядра, переведённая с английского Яковом Казановою де Сенгальт, венецианцем, доктором права, библиотекарем графа Вальдштейна, владельца Духцова, камергера Его Величества Императора и Короля». Согласитесь, что первая часть названия вполне тянет на голливудский блокбастер. Не зря современники Казановы отмечали, что книга поразила их огромным количеством невообразимых идей, потрясающих воображение сюжетов и гипотез, описанием невиданных машин и устройств. Вот вам и ловелас!
Да, в отличие от махинаторов нашего времени, великие авантюристы 18 века были очень образованными, предприимчивыми и оригинально мыслящими людьми. Жаль, что фантастика Казановы намного опередила запросы читателей, и стареющему писателю удалось продать, кажется, всего 330 книг. Проект принёс большие убытки. Умер Казанова, сидя в кресле у окна библиотеки, с грустью всматриваясь то ли в своё блистательное прошлое, то ли в наше фантастическое будущее.
То самое кресло. Ходят слухи, если мужчина посидит на нём, то станет таким же любовником, как Казанова. Потому, видимо, оно и отгорожено от посетителей))
Похоронили его на местном кладбище, возле часовни Святой Варвары, рядом с тропинкой, пересекающей погост. Кованная металлическая оградка могилы, видимо, была украшена то ли листьями, то ли цветами, за которые постоянно зацеплялись подолами проходящие мимо женщины. Поэтому местные жители много лет повторяли, что Казанова и мёртвый не пропускает мимо ни одной юбки. К сожалению, кладбище было снесено ещё в XIX веке, и память о захоронении великого авантюриста хранит лишь каменная доска на стене упомянутой часовни. А также мемориальная экспозиция его покоев в Духцовском замке.
Часовня Святой Варвары, справа при входе видна мемориальная доска Казанове. На соседнем снимке она увеличена.
Казанова второй
В отличие от венецианского Казановы, его камчатский тёзка мемуаров не написал, но он заправлял всем медвежьим царством Курильского озера, в том числе и прекрасной её половиной, добрых полтора десятка лет.
Большое Курильское озеро и его хозяин. Фото автора
Учитывая, что каждое лето к этому озеру сходится на лов нерестящейся нерки без малого тысяча медведей, лохматый Казанова, вероятно, намного опередил великого итальянца по части краткосрочных романов.
Типичная летняя картина на берегу Курильского озера во время хода нерки. Фото автора
В первый раз мне довелось увидеть Казанову в 2014 году, когда егеря кордона «Озерный» представили его как «доминантного самца и грозу окрестностей». Он и впрямь тогда не оставлял надежд своим соперникам, быстро и беспощадно с ними расправляясь. Какое количество медвежат и уже взрослых медведей считали его тогда и позже своем папой ‒ и вообразить сложно!
Уже тогда Казанове приходилось задумываться о непростой доле альфа-самца)). Фото автора.
Вторая встреча произошла пять лет спустя, но медвежий век не очень долог (в среднем не больше 30 лет) и Казанова за это время заметно сдал. Было видно, что статус альфа-самца даётся ему уже нелегко ‒ морда и бока зверя были покрыты свежими шрамами, от оборванных в боях ушей остались лишь огрызки. Но он ещё вполне успешно рыбачил и как раз завтракал очередным лососем на природе.
Постаревший и израненный ловелас. Фото автора
И вот летом 2021 года я прочитал в камчатских новостях, что легендарный медведь погиб в схватке с более молодым и сильным соперником по кличке Снежок у острова Саманг, где и обнаружили под водой его истерзанную тушу.
Похоже, это и есть Снежок, судя по светлой отметине на голове. Фото инспекторов заказника Курильского озера.
Тогда же сотрудники заказника предположили, что теперь Снежок и займёт трон короля медвежьего озера, но прошлым летом ко мне заехал друг-туроператор, который живёт на Камчатке и уже много лет организует поездки туристов и фотографов на Курильское озеро. Так вот, по его словам, место доминантного самца на впадающей в озеро самой «медвежьей» речке Хакыцин занял медведь по кличке Вован, с которым мне удалось познакомиться ещё в 2018 году. Тогда же я сделал его портрет.
Вован. Фото автора
Видимо, Вован со Снежком или поделили озёрное королевство, или ещё не сошлись в решающей схватке. Во всяком случае, я буду болеть за своего тёзку Вована и желать ему такой же легендарной биографии, как у Казановы.
В завершение добавляю, что постоянно работающие на озере охотоведы знают многих медведей, что называется, «в лицо» и наиболее примечательным из них дают клички. Здесь есть самый беспощадный к молодым медведям и медвежатам Киллер. Отрастивший большое брюхо Сумоист. Отобравший у туриста фляжку с вином Алкаш. Очень похожий на своего собрата из мультика Чебурашка. Был и молодой Пушкин с пушистыми бакенбардами, но когда он подрос, то оказался… медведицей. И был перекрещён в Пушкину.
Возможно, это подросшая Пушкина со своими медвежатами. Она невозмутимо прошла от нас буквально в трёх метрах. Фото автора.
Есть ещё Бочка, Аглая, Маша-Тесла и другие представительницы прекрасного пола. В последний приезд я ничего не слышал о Вечном Старике, медведе-долгожителе почтенного возраста, с которым каждую осень служители кордонов и туристы прощались навсегда, а на следующую весну он появлялся снова. Если Старик жив, то дай Бог ему здоровья.
Погибшего Казанову, конечно, жаль, но, надеюсь, он будет жить на Курильском озере такой же долгой легендой, как его тезка среди людей.
Тут Казанова ещё не стар, но, похоже, уже мудр — есть что-то такое во взгляде и позе. Фото автора.
На заставке публикации ‒ знаменитый Джакомо Казанова кисти живописца Антона Графа и его тёзка с Курильского озера. Фото автора.